Секрет

Впереди ещё было много погожих летних дней, а Наташа уже стала хмуриться и скучать.
— Разве тебе здесь не нравится! — спросила её мама.
— Чего хорошего! — Наташа пожала плечами. — Море да каша, море да каша...
А море было голубое и зелёное! Море было тёплое!
И Наташа очень любила резвиться в ласковом прибое.
Когда штормило и огромные волны с грохотом катились на берег, Наташа с мамой любовались морем издали.
— Наверное, ты перегрелась на солнце, — решила мама. — А каша здесь такая же, как в Москве, твоя любимая — манная, с вареньем.
Наташа ничего больше не сказала маме, потому что это был секрет.
У хозяйки жил мальчик Игорёк. Он играл большим вельветовым мишкой.
Любимой игрой Игорька было наказывать мишку: ставить в угол.
И вообще Игорёк делал всё не так, как следовало: никогда не кормил мишку, не пеленал, не рассказывал ему сказок и спать не укладывал, а бросал на пол где попало в своей комнате.
Ночью Наташе снился вельветовый мишка с голубыми глазами, полными слёз. И девочка плакала.
Днём ей не любо было даже море, и она не хотела есть манную кашу.
— Игорёк! В твоей комнате мишке спать душно! — решившись, сказала однажды Наташа.
Игорёк очень удивился:
— А где ему будет хорошо!
— Ему будет хорошо тут, на террасе, — прошептала Наташа, и голос её дрогнул.
Но Игорёк сразу согласился.
— Ладно, пусть спит на террасе...
Где ему было догадаться, что задумала Наташа!
Мишка уснул на террасе, Игорёк у себя в комнате, а Наташа долго лежала с открытыми глазами.
Когда же дом затих, Наташа поднялась с постели, ступая на цыпочки, подошла к подоконнику, на котором спал мишка.
Наташа осторожно взяла мишку на руки и бесшумно возвратилась в свою постель.

Она кормила мишку конфетами и рассказывала сказки. А засыпая, гладила и жалела за все обиды, которые мишка терпел от Игорька.
Утром Наташа положила мишку на подоконник.
И теперь так стало каждый день.
Наташа снова повеселела. С утра до вечера плескалась в море, много смеялась и с аппетитом ела манную кашу.
Потом Наташа уехала.
Игорёк так ничего и не узнал.
Никто никогда не узнает этот секрет. А если даже узнает — то что же тут такого в самом деле!