Живой голос колокола

Безлюдно было на улицах немецкого города Заальфельда. Третий день закрыты городские ворота. Третий день не работают ремесленники" Третий день горожане сидят в своих домах. Что же случилось?
В городе Заальфельде отливали колокол. Хлопнешь невзначай дверью, топнешь ногой — задрожит земля, в которой упрятана форма для отливки колокола — и помешаешь колоколу обрести свой голос. Такое тонкое дело — литье колоколов! И люди понимали это, и терпеливо ждали три дня. Потому что всем был необходим живой голос колокола.
Прожил заальфельдский колокол 500 лет и теперь решил поведать нам колокольную историю. Послушаем его.

— Отливали меня, как и все колокола, из меди и олова. И телом моим стал сплав — звонкая бронза. Когда бронза застыла, меня освободили от, формы, подняли на колокольню, и тогда я сказал свое первое слово. Голос мой поплыл над городом, открылись все двери, все окна, и люди пришли поздравить меня с днем рождения.
Потом меня крестили и священник сказал надо мной: «Господи! где бы ни прозвучал этот колокол, да отступят далеко смелость умышляющих козни, мрак привидений, набег несчастий, удар молнии, нападение громов, сокрушительная сила града...»
Много веков люди верили в нашу чудесную силу. Еще в Древнем Риме стали звонить в колокола, созывая людей в храмы. Это была наша будничная, обычная работа. Но встречались среди нас и колокола необыкновенные, окруженные тайной. Например, колокол в маленьком испанском городе Велилья несколько раз принимался звонить сам собой и каждый раз предсказывал несчастья. В 1527 году предсказал войну с Францией, потом — смерть короля Карла Пятого, потом — эпидемию чумы, смерть наследного принца...
А бывало, что колокол замолкал. Однажды, во время княжеских междоусобиц, русский князь Александр Васильевич Суздальский победил город Владимир и взял в плен колокол из собора. Привезли колокол в Суздаль, подняли на звонницу, а он молчит. Как ни старались звонари, не смогли добиться ни звука. Испугался князь и вернул колокол обратно во Владимир. Возвратился пленник на прежнее место и зазвонил так же прекрасно, как и прежде.
Сейчас многие из нас молчат, и никто не обращает на это внимания. А в прежние времена нас берегли, любили и уважали, придумывали нам имена. И каждый из нас возвещал свое время. «Хлебный колокол» в городе Турине напоминал хозяйкам: пора месить тесто! «Колокол чистоты» в Бонне звал горожан подметать улицы. «Трудовой колокол» в Аахене сообщал о начале и конце рабочего дня. По звону «Торговки рыбой» в городе Бовэ открывались продуктовые лавки. А «Пивной колокол» открывал по вечерам питейные заведения в Гданьске. «Колокол чудаков» в Ульме звонил с наступлением темноты, напоминал: в это время лучше не гулять по улицам. «Преследователь гуляк» в Этампе тушил городские огни.
Мы всегда участвовали во всех событиях. Печальным гулом провожали воинов в поход, оглушительным трезвоном начинали праздник. А то и сами участвовали в битвах. Не веришь?
... В 615-ом году армия короля франков осадила бургундский город Сане. В городе уже кончались запасы воды и продовольствия, силы защитников были на исходе. И тогда епископ по имени Лупус зазвонил в колокол. Атакующие испугались грозного колокольного голоса и в ужасе бежали! Город был спасен...
... А в 1552 году колокол помог русским воинам завоевать город Казань. Сначала они никак не могли преодолеть сопротивление противника, но однажды утром вдруг услышали в осажденном городе звон и узнали его. Это был голос большого колокола, увезенного татарами в плен из Симоновского монастыря в Москве. Воины пошли на его зов, взяли город и освободили колокол...
К сожалению, бывали и такие случаи, когда уважительное отношение к нам сменялось на гнев. И тогда наказывали нас очень строго! Как-то раз набатный колокол московского Кремля разбудил царя Федора Алексеевича, и за это был сослан в монастырь. Другой набатный колокол Кремля был снят с колокольни и лишен языка за то, что призвал народ к бунту. Колокол в Угличе рассказал людям о том, что тайно убит царевич Димитрий и был отправлен на триста лет в ссылку в Тобольск.
Да, у каждого колокола — своя судьба, и нередко зависит она от его голоса. А голоса у нас разные. БЛАГОВЕСТ звонил медленно и тяжело, убаюкивал граждан, желал им спокойной ночи. Громко, торопливо и сбивчиво кричал НАБАТ, когда начинался пожар или наводнение, или еще какое бедствие. В бурю, вьюгу призывно и размеренно бухал ОХРАННЫЙ ЗВОН, указывал дорогу путникам.
Еще есть КОЛОКОЛА-ЧАСЫ. Например, кремлевские куранты, с перезвона которых начинается в нашей стране каждое утро. Такие колокола-часы придумали в Бельгии и Голландии. Там небо низкое, облачное, часто опускаются туманы, и поэтому трудно разглядеть циферблат часов на башнях. Вот и добавили к часам колокол. А чтобы можно было правильно посчитать его удары, не упустить первого, перед отсчетом времени звонят сначала маленькие тоненькие колокола, наигрывают какую-нибудь мелодию. Так получились куранты. Устройство понравилось всем, поэтому куранты появились и в других странах, вовсе не таких туманных, как Бельгия и Голландия.
Но все-таки, откуда берется колокольный звон, как получается? Мой голос — это ведь не один звук, а сочетание нескольких. Чтобы сочетание было красивым, все звуки должны гармонировать. Гармония звуков зависит от формы моей чаши и толщины стенок. Какими только не делали колокола старые мастера! И совсем круглыми, и гранеными, и удлиненными, и коротышками. Семьсот лет искали они, пробовали наугад, пока не нашли вот эту мою форму, которую повторяют и сегодня.
А ведь мой голос зависит не только от формы тела, но и от его веса. Русские мастера всегда на колоколе писали, сколько он весит. Знали: чем он тяжелее, тем ниже его голос. Но и тут не все так просто. Два колокола вроде бы одного основного тона могут иметь совершенно разное звучание. Один получит обидное прозвище «козел», потому что будет противно блеять, а другой станет гордостью города, прославит его. Почему? А потому что у них разный размер, разная толщина стенок, разная бронза. Вот поэтому литье колоколов всегда считалось великим искусством. Я бы еще мог много рассказать тебе и о славных мастерах, и о знаменитых звонарях, о моих колокольнях и звонницах, о моих городах и храмах. Но будет лучше, если ты сам услышишь живой голос колокола. Как это сделать, наверное, знает твоя мама. Ведь мне не известно, где ты живешь, есть ли в твоем городе, поселке, деревне — церковь с колокольней...
А когда ты услышишь небесный звон, испокон века сопровождавший твоих предков, и вспомнишь мой рассказ, то поймешь, почему голос колокола всегда живой.