Про летучую мышь

Когда-то, давным — давно, летучая мышь жила в лесу, так же как и птицы. Каждое утро, едва появлялось солнце, она вылетала из своего гнезда, распевала песни и отыскивала себе пищу.

Однажды из-за какого-то зернышка поссорились сорока и ворона. Ворона утверждала, что она первая увидела это зерно и потому оно должно принадлежать ей, сорока же говорила, что зерно нашла она и ни за что не отдаст его вороне.

Ни та, ни другая не хотели уступать друг другу, подняли крик, а потом начали драться. В пылу драки они не заметили, как вылетели из леса и потеряли зернышко.

Летучая мышь во время этой ссоры сидела неподалеку на дереве. Как только драчуньи улетели, она тихонько спустилась вниз и съела зерно. А потом, весело распевая, принялась летать по лесу.

Подлетев к гнезду вороны, она увидела, что та сидит сердитая-пресердитая. Ей, видно, плохо пришлось в драке: нос у нее посинел, лицо распухло.

— Сестрица, — тихонько заговорила с ней летучая мышь, — мы ведь с тобой старые друзья, совсем как родные. Поэтому я и хочу рассказать, как тебя сейчас бранила сорока: и черная-то ты, и смешная-то, и глупая-то, да еще говорит, что не следовало бы тебе воровать ее зерно.

— Ах, она негодная, нахалка, — возмутилась ворона, — я буду не я, если не заклюю ее!

Летучая мышь сделала вид, что она тоже рассержена, сказала что-то плохое про сороку и улетела. А затем, подлетев к гнезду сороки, она заговорила:

— Сестрица сорока, а сестрица сорока! Мы ведь с тобой старые друзья, совсем как родные. Поэтому я и хочу рассказать, как тебя сейчас бранила ворона: и нахалка ты, и негодная, да еще сказала, что заклюет тебя.

Услышав это, сорока от гнева слова не смогла вымолвить. Летучая мышь посочувствовала ей, выбранила ворону и улетела.

С тех пор сорока и ворона стали врагами. Но и та и другая считали летучую мышь своим другом и всегда приглашали ее к себе в гости.

Царь птиц — феникс, узнав о ссоре сороки и вороны, решил примирить их. И вот однажды рано утром собрал он в лесу всех птиц. Была здесь и летучая мышь. Последними прилетели ворона и сорока. Взглянули они друг на друга — и вспыхнули обе от гнева. Феникс захотел, чтобы сначала они сами рассказали о причине ссоры, а потом уже говорили другие птицы.

Ворона рассказала, как они поссорились из-за зерна и как сорока называла ее и черной, и смешной, и глупой.

— Я этого не говорила, — не выдержав, перебила ее сорока, — вот она меня бранила и нахалкой, и негодной и грозилась заклевать.
— Если бы ты первая не бранила меня, я не стала бы этого делать, — сказала ворона.

И они принялись спорить, кто кого начал бранить первый. От крика они раскраснелись, а зобы у них раздулись.

Долго слушал их феникс и наконец решил: пусть каждая из них приведет свидетеля, чтобы доказать свою правоту.

— Летучая мышь, вот свидетель! — в один голос воскликнули ворона и сорока.

Все посмотрели на летучую мышь, ожидая, что она скажет. Но та поняла, что попалась, и не вымолвила ни слова. Она опустила голову, густо покраснела и улетела.

Тут всем стало ясно, кто был виновником вражды сороки и вороны. А те поняли, что им не следовало верить чужим словам, и снова стали друзьями.

Когда все птицы узнали, что летучая мышь — лгунья, никто не захотел больше дружить с ней. А ей самой было очень стыдно. Чтобы не встречаться с птицами, она покинула лес и поселилась под карнизом жилища человека. Днем она пряталась в своем гнезде и вылетала оттуда лишь под вечер, когда птицы улетали в лес.

Не отлучаясь далеко от гнезда, она питалась мелкими насекомыми. А петь совсем перестала, потому что боялась, как бы ее не услышали птицы.

И по сегодняшний день летучая мышь живет не так, как все птицы.