Красное солнышко всё выведет наружу

Подмастерье из портных ходил из города в город, чтобы усовершенствоваться в своём ремесле и сделаться настоящим мастером своего дела. Времена были тяжёлые: неурожай, работы нет — портной совсем обнищал. В такой крайности встретил он еврея в дремучем лесу, и, подумав, что у него много денег, он заглушил в душе память о Боге, схватил еврея за шиворот, стал бить его и кричит:

— Давай деньги, не то убью!

А еврей на то в ответ:

— Не убивай понапрасну: я — нищий; у меня только и есть две копейки.

А портной думал, что еврей его обманывает, да и пуще того кричит:

— Врёшь ты, жид окаянный! Наверное кошелёк у тебя битком набит.

И с этим вместе, что было сил, как хватит еврея по голове своею дубинкою — бедняга и не пикнул, так и грохнулся оземь; но пред последним издыханием собрался с силами и сказал убийце:

— Солнце видело твоё преступление: оно будет твоим обличителем.

Сказав это, бедный еврей испустил дух.

А портной скорее давай обшаривать все карманы своей жертвы; но как он их ни переворачивал, кроме двух копеечек ничего не нашёл.

Видит портной — дело плохо, однако взвалил на плечи труп убитого да и бросил его между кустарниками, а сам, как ни в чём не бывало, пошёл своею дорогою искать местечка.

Долго он ходил, а всё же, наконец, нашёл место в одном городе у богатого хозяина, у которого была притом красавица-дочка. Красивый подмастерье влюбился в неё, сделал ей предложение и женился на ней. Жили они очень счастливо.

По времени, когда уже у них было двое детей, умерли его тесть и тёща; всё хозяйство досталось молодым по наследству.

Вот раз утром сидит наш портной на корточках на своём столе и смотрит в окно, а жена и подаёт ему чашку кофе. Он налил кофе на блюдечко и хотел было пить, как вдруг в самую средину его блюдечка ударил солнечный луч и трепетными струйками разлился во все стороны, и заиграло солнышко вверху на стене разными кружками.

Смотрит на солнечный луч портной да и бормочет про себя:

— Вишь, как лезет в обличители, только голоса не хватает.

— Эй! Любезный муж, что ты там бормочешь себе под нос? — спросила жена с удивлением. — Что ты хочешь этим сказать?

Смутился портной и сам не знает, как это сорвалось у него с языка.

— И не спрашивай лучше: ведь этого никак нельзя тебе сказать.

А жена на то:

— Какие же могут быть секреты между мужем и женою? Если любишь меня, расскажи.

И стала его упрашивать жена, и клялась, и божилась, что никому не выдаст его тайны, и умрёт-то она с нею вместе, и не то, что чужому, да и ему-то самому ни за какие блага в мире не промолвит о том ни словечка — словом, жена таким мелким бесом рассыпалась, что муж не выдержал и рассказал, как он, доведённый до крайности нищетою и голодом, убил несчастного еврея, в надежде воспользоваться его богатством, и как еврей, испуская последнее дыхание, проговорил:

«Солнце видело твоё преступление: оно будет твоим обличителем!»

— Вот на то я и намекнул теперь, — продолжал портной. — Видишь, как солнце-то кружится, да дрожит, да сверкает по моему блюдечку, только что не заговорит… Ну, а ты смотри же, жена, держи язык за зубами, никому ни гу-гу! Помни: одно слово безвозвратно погубит меня.

Жена пуще прежнего побожилась и поклялась, что она рта не разинет, и похоронят её с этою тайною вместе.

А между тем не успел муж приняться за работу, как она уже полетела к своей кумушке и рассказала ей всё, что слышала от мужа; но разумеется, заставила её наперёд побожиться, что она никому и виду не покажет про то, что знает.

На другой день всему городу была уже известна эта тайна, так что портной был призван в суд и, после его сознания, был приговорён к заслуженной казни.

Вот так-то и всегда бывает: солнце видит все преступления и рано ли, поздно ли, всегда всё выведет наружу.