Хуан Тул-проказник

Кто такой Тул? Да просто-напросто заяц. Так называют индейцы племени майя всех зайцев подряд. Но тот заяц, о котором здесь рассказывается, носил еще и пышное испанское имя — Хуан.
И Хуан очень гордился своим именем, потому что у других зверей имен не было. Вот, например, белка, о которой тоже рассказывается в этой сказке, звалась Куук. А на языке племени майя это и значит белка.
Ну, а теперь слушайте.

Однажды Куук прогуливалась по лесу. Распушив свой прекрасный хвост, она осторожно ступала лапками и пела песенку. А в песенке говорилось все о том же прекрасном хвосте сеньоры Куук да еще о жалком заячьем хвостишке, который и хвостом-то нельзя назвать.
Ах, бедная, бедная сеньора Куук! Лучше бы ей петь другую песенку!
Но она все пела и пела. И только допела последние слова, как услышала тяжкие стоны. Куук повернулась направо, налево, оглянулась назад, посмотрела вверх. Нигде никого. Наконец она глянула вперед и увидела пещеру. А в пещере сидел на задних лапах Хуан Тул и подпирал передними лапками каменный потолок. И при этом жалобно стонал.
— Что с тобой, Хуан Тул? — спросила Куук.
— Я умираю с голоду, — печально ответил Хуан Тул.
— Умираешь с голоду? — удивилась Куук. — Но ведь кругом столько сочной травы и вкусных корешков. Почему бы тебе не выйти из пещеры и не поесть?
— В том-то и дело, что я не могу выйти из пещеры, — протянул Хуан Тул, — Разве ты не видишь — потолок вот-вот рухнет. Если я опущу лапы, он сейчас же раздавит меня. А если я еще часок так простою, я непременно умру с голоду.
— Бедняжка! — пожалела его Куук. — Ты и вправду попал в ужасную беду. Что же делать?
— Подержи за меня потолок,— сказал Хуан Тул, — только минутку подержи. Я поем и прибегу.
Куук вошла в пещеру, стал рядом с Хуан Тулом и подняла передние лапки. А Хуан Тул опустил лапки и... был таков.
Сколько простояла Куук в пещере — неизвестно. Потому что держать лапками гору очень тяжело. А когда тебе тяжело, время идет очень медленно. И Куук показалось, что прошла целая вечность. О, как устала Куук! Лапки у нее тряслись, пышный хвост опустился, спину ломило.
Наконец она не выдержала. Будь что будет! Пусть рушится гора, пусть обвалится пещера!
Куук отняла одну лапку. Потолок не дрогнул. Она отняла вторую и с ужасом посмотрела вверх. Пещера стояла, как стояла века.
Тогда Куук поняла — бессовестный заяц про сто посмеялся над ней.
— Погоди, длинноухий! Погоди, короткохвостый! — грозилась Куук.
Она выбежала из пещеры и кинулась искать зайца.
Долго искать не пришлось. Хуан Тул сам выскочил ей навстречу из густых высоких зарослей тростника.
— Здравствуйте, тетушка Куук, — заговорил заяц низко кланяясь.
— Негодник! Бездельник! Мальчишка! — набросилась на него Куук.
— Не понимаю вас, сеньора! — сказал Хуан Тул. — Я так вежливо поздоровался с вами, а вы... Мне очень обидно.
— Знаю я твои штучки, Хуан Тул! — опять закричала Куук.
— Но я вовсе не Хуан Тул, — удивился Хуан Тул. — Я просто Тул. Я бедный батрак и работаю на ранчо здесь неподалеку. Хозяин велел мне нарезать тростника для крыши. Смотрите, какую огромную кучу я приготовил. Мне ее и не поднять. Вот если бы вы помогли...
Куук стало совестно. Такой трудолюбивый заяц! Не то что Хуан Тул. А она на него накричала.
— Я охотно помогу тебе, — сказала Куук и подставила свою спину.
Заяц взвалил ей на спину такую вязанку тростника, что Куук под ней и видно не было.
— Ну хватит вам, тетушка Куук, — сказал он, — нехорошо взваливать много на пожилую женщину. Уж как-нибудь остальное я донесу сам.
Хуан Тул пошуршал тростником, покряхтел, словно ему очень-очень тяжело, и сказал:
— Вперед, тетушка Куук!
Они пошли. Куук сгибалась под непосильной ношей, а Хуан Тул припрыгивал за ней налегке.
Шли долго.
— Скоро твое ранчо? — спросила Куук из-под вороха тростника.
Куук очень устала — не забудьте, что перед этим она целую вечность держала потолок в пещере.
— О-ох, теперь уже скоро, — застонал Хуан Тул и от восторга помахал задней лапой.
Потом он тихонько свернул в заросли и опять был таков.
Куук прошла еще порядочный кусок и спросила:
— Где же ранчо?
Никто ей не ответил.
— Тул, я спрашиваю тебя: где же ранчо? — повторила Куук. И снова ей никто не ответил.
Тогда Куук сбросила с себя тяжелую вязанку и оглянулась. Тропинка была пуста.
— Значит это все-таки был Хуан Тул! — воскликнула Куук. — Я найду его. Хоть на краю света разыщу! Уж теперь-то он меня не проведет!
И она нашла его. Хуан Тул превесело проводил время. Он уцепился за конец лианы, свисавшей с самой верхушки высокого дерева, и раскачивался на ней. Вверх — вниз, вниз — вверх. Когда взмывал вверх, он приговаривал: «Согнись, лиана!» Когда несся вниз, приказывал: «Выпрямись, лиана!»
И лиана то сгибалась, взлетая почти до самой верхушки дерева, то распрямлялась, спускаясь почти до земли.
Куук думала, что Хуан Тул уже ничем ее не сможет удивить. Но тут она удивилась.
— Что ты делаешь? — спросила она.
— Колдую, — ответил Хуан Тул. — Видишь, как лиана послушна моим заклинаниям. Хочешь, я и тебя научу колдовать? Прыгай ко мне.
И простодушная Куук, выждав, когда лиана спустится совсем низко, подскочила и уцепилась за нее всеми четырьмя лапками.
В то же мгновение Хуан Тул спрыгнул с лианы, а Куук взлетела едва не до облаков. Потом понеслась вниз, потом опять вверх, потом опять вниз, пока у нее голова не пошла кругом и она не перестала понимать, где верх, где низ. Наконец Куук свалилась на землю, больно ударившись.
— Не буду я больше связываться с этим Хуаном Тулом! — сказал она, чуть не плача. — Схожу к озеру, умоюсь и пойду домой.
Услышав из-за куста эти слова, неугомонный Хуан Тул помчался к озеру.
Как раз у самого берега озера из воды торчал высокий шест. Хуан Тул забрался на этот шест и стал ждать.
Куук еле притащилась к озеру. Ома нагнулась к воде и вдруг увидела, что из воды на нее насмешливо смотрит Хуан Тул.
Будь Куук подогадливей, она взглянула бы вверх. Но Куук не была догадливой. Она закричала:
— Ты и тут не оставляешь меня в покое! Так я тебя и со дна достану!
И она прыгнула в воду, чтобы схватить и наказать обидчика. Место было глубокое, и Куук плыла все вниз, вниз, все глубже и глубже. Пока не начала совсем задыхаться.
— Спасите! — хотела она крикнуть, но вверх поднялось только несколько пузырей.
Когда Хуан Тул увидел с шеста эти пузыри, он понял, что дело плохо. Чего доброго Куук и вправду утонет! А ведь он вовсе не хотел ей зла.
Хуан Тул сложил над головой передние лапы, вытянул задние, прыгнул в озеро и вытащил Куук на берег.
Куук открыла глаза и спросила слабым голосом:
— Кто ты, храбрый, благородный спаситель?
— Неужели ты не узнаешь меня? — спросил Хуан Тул. — Я Хуан Тул.
— Не может этого быть! — возмутилась Куук. — Да ты совершенно и не похож на Хуан Тула. Хуан Тул лопоухий, а у тебя ушки маленькие, аккуратненькие. У Хуан Тула жалкий хвостишко, а у тебя — хоть и не беличий, но хвост как хвост. Не пытайся убеждать меня, что ты Хуан Тул. Я все равно не поверю.